Бродяга

рассказ

— Можно, вещи поставлю? — услышал я голос позади.
Обернувшись, вижу мужчину лет пятидесяти, с большим тканевым пакетом, туго набитым пустыми алюминиевыми банками из-под пива и всякого рода алкогольного коктейля; в другой руке женское пальто с мехом в воротнике. За окнами ночь; луна, своим светом придаёт темноте магическую тайность, и предметы кажутся мертвенно-бледными с одной стороны и невидимыми с другой.
— Конечно, — отвечаю я. Мужчина аккуратно ставит свою ношу на пол тамбура электропоезда. «Осторожно, двери закрываются! Следующая остановка…». Дверь захлопывается с шумом и шипением, со скрежетом и характерным передергиванием поезд начинает движение.
— Какая сейчас станция? — спрашиваю у случайного попутчика.
— Кажись, «Маленковская» была.
— А, ну ладно…
Понимаю, что ехать мне долго. Передо мной бродяга в изношенной одежде, с грязными руками и вымазанным лицом, из-за чего ярко блестят его глаза с каким-то затухающим огоньком внутри.
— Почем банки нынче для народа?
— В день на пять сотен рублей, дай Бог, получается…
— Зачем же пальто тебе женское?
— Укрываться: спать холодно уже, осень всё-таки.
Стучат колёса, поезд мчится вперёд; встречные поезда пролетают мимо, ярко освещая тамбур мелькающим светом из своих вагонов. Собеседник мой садится на пальто, что лежит на полу, и закуривает.
— Чего это ты так? Что могло случится такого, что ты банки собираешь? Гляжу, мужик ты с хорошим прошлым: того глядишь, образование имеется? – произнёс я спокойным тоном. Бродяга — это ведь тот же человек, который в силу некоторых обстоятельств оказался на улице.
— Запил я, — слышу в ответ. Он погружается в мысли; я замечаю, что лицо его стало напряжённым и в то же время трагичным: люди, события, время стали отражаться на нём. — Юрой меня звать…
— Саня, — произношу я. Как принято, после знакомства следуют рукопожатия, вследствие чего возникла маленькая неудобная пауза для обоих — руки наши остались в карманах.
— Сына я похоронил и жену свою, — нарушая неловкую паузу продолжает он. — Больная жена была, и сын родился с такой же хворью. Жена после родов слегла и больше не встала, вскоре умерла. Сын прожил недолго — умер тоже… Любил я свою жену очень, на руках носил. Был я военным офицером на флоте когда-то…
Я сохраняю молчание и внимательно слушаю его. Противоречивые чувства охватили меня: и жаль человека, и видно, что сломан судьбой.
— Вижу я после её смерти всё тот же сон: снится мне она, такая же красивая и молодая, любимая. Беда только одна есть. Всякий раз она мне твердит: «Не уходи! Не пущу я тебя ни к кому! Ты — мой единственный и любимый!». Так и не отпускает меня; я же задыхаться начал от такого явления, жизнь новую начать никак не мог, с горя и запил вовсю. Курить-то начал два года как будет, даже не баловался никогда до этого, гадость, да и только!

Я шёл по тёмной улице, скупо освещённой фонарями; навстречу дул холодный ветер и моросил мелкий осенний дождь, капли его стекали по моим волосам и замерзающим щекам.

«Не уходи!» звучало в ушах.

 

Числа 08 октября месяца 2008 года от РХ
г. Москва

Комментарии

Очень жаль таких людей… жизненные ситуации бывают совершенно разными.

Здравствуй, Сергей! Давно не виделись! Возобновляю свою активность.
Да, жаль. Хрупка человеческая судьба!
Иногда думается, что все зависит только от нас, но не всегда так получается.

Это да…

Добавить комментарий

* Пожалуйста, заполните все поля

Рекомендуемые записки