Был ли Булгаков наркоманом?

Который раз сталкиваюсь с этой непонятной, безапелляционной, упорной, неизвестно кого радующей клеветой: «Булгаков был наркоманом, только под влиянием наркотиков можно написать такое. Читать его, наркомана, я не стану».

Долго размышлял о несовершенной природе человечества, о его слабости к клевете. Выяснилось, что речь идёт о вполне конкретной вещи — элементарного незнания биографии писателя и обстоятельств того несчастного случая.

Прибыв в середине сентября 1916 г. в Смоленскую врачебную управу, Булгаков получил направление в один из самых глухих уголков Смоленской губернии — в село Никольское Сычевского уезда заведующим 3-м врачебным пунктом. Они прибыли туда с женой, Татьяной Лаппой — Тася, как называл её Михаил Афанасьевич. Работа «земским лекарем» отражена в автобиографическом цикле рассказов «Записки юного врача», а в рассказе «Морфий» Булгаков косвенно повествует о себе…

Летом 1917 года произошло событие, которое едва не стоило жизни писателю.
В тот день в больницу привезли медленно умиравшего ребёнка. Булгаков разрезал детское горло, вставил трубку и стал отсасывать дифтеритные плёнки…

И начал регулярно принимать морфий после того, как вынужден был сделать себе прививку от дефтерита, опасаясь заражения вследствие проведенной трахеотомии у больного ребенка; начавшийся сильный зуд и боли стал заглушать морфием, и в результате употребление наркотика вошло в привычку.

Через полгода Михаил Афанасьевич стал конченым наркоманом: «Он был, — говорила Тася, — такой ужасный, такой, знаете, какой-то жалкий». Бегал за ней с револьвером, требуя наркотика. Потом в Вязьме, когда Тася соврёт, что в аптеках морфия уже нет, швырнёт в неё горящий примус. Не сгорели чудом. В Киеве, озверевший и уже гонявшийся по ночам за «призраками», выхватит браунинг с криком: «Ищи!»

Спасёт его от верной смерти Тася и отчим — врач И.П. Воскресенский: «Нужно вводить дистиллированную воду взамен морфия, обмануть рефлекс». По секрету станет носить Тасе запаянные ампулы с водой (некоторые источники указывают на то, что она давала всё меньшие дозы). Так и пришло избавление — редкий в медицине случай, благодаря которому миру стало известно имя Булгакова.

Неизлечимый тогда морфинизм повредил земской врачебной карьере: в Вяземской больнице Булгаков работал по 19 февраля 1918 г., когда он был освобожден от военной службы по болезни. 22 февраля было получено от Вяземской уездной земской управы удостоверение о том, что он «выполнил свои обязанности безупречно», и в конце февраля с женой возвращается в Киев, где они поселяются в почти опустевшем родительском доме (Андреевский спуск, 13, кв. 2).

Весной 1918 г. Булгаков полностью избавляется от морфинизма и открывает частную практику как врач-венеролог.

Только ночью 28 сентября 1921 г. приезжает в Москву. Первые часы и дни в Москве описаны в «Записках на манжетах».

Как мы знаем, с весны 1918 г. больше нет никаких свидетельств пристрастия писателя к морфию. Позвольте, а когда был написан роман «Мастер и Маргарита»? Во время пристрастия к морфию или после? Что мы знаем об этом?

Работу над романом Булгаков начал в 1928 или 1929 г. В первой редакции это был «Роман о дьяволе», сатирическая фантасмагория, сатирическая феерия, разрезанная вставной новеллой о Христе и Пилате — «Евангелием от дьявола». Среди действующих лиц тогда не было ни Мастера, ни Маргариты.

В начале 1930 г. Булгаков свой незаконченный роман сжёг. 28 марта того же года писал в известном своем письме Правительству СССР: «И лично я, своими руками, бросил в печку черновик романа о дьяволе…» От сожжённого романа остались предварительные черновики: две общие тетради с изорванными листами и небольшая пачечка разорванных листков третьей тетради.

В 1931 г. попытался вернуться к роману. Оставил. Осенью 1932 г. (во времени это совпало с женитьбой на Елене Сергеевне Шиловской, с этого момента Булгаковой) решительно и уже окончательно возвращается к своему главному роману. В роман входит Маргарита, затем Мастер.

Становится вполне очевидно, что роман «Мастер и Маргарита», как и большинство известных произведений писателя, написан без влияния морфия.

Комментарии

Нет ничего нового под солнцем. Та же история касается Ван Гога, который сейчас исследуется учеными, чтобы увидеть, как сумасшествие повлияло на его искусство, или Моне, которые якобы написаны в стиле импрессионизма, потому что он не мог хорошо видеть. Не говоря уже о сюрреалистов, которые действительно были под наркотиками, но никто не упоминает, что они бы рисовал так же без них. . Наш национальный поэт, Эминеску, все меньше и меньше люди читают, но они говорили до смерти, есть ли у него сифилис или нет.Мир огромный скандал бумаге.

Людям свойственна такая черта — сплетни и клевета. Готовы, самоутверждаясь, осквернить любого человека. При этом, иметь за собой много грехов.
Прав был классик, который произнёс устами своего героя: «А судьи кто?»

Трудно предстаить, каких трудов стоило его близким избавление от зависимости

Сложно представить эту жуткую картину.
Любовь Таси победила всё. Не было бы её, мир не узнал бы имени Булгакова.

Добавить комментарий

* Пожалуйста, заполните все поля

Рекомендуемые записки